Kevin Parker: “Не пытайся контролировать того, кем являешься”

5

6

 

“«Негрони» — достаточно всего двух стаканов, и ты уже летишь в невесомость”.
Кевин Паркер рассказывает о своём выборе напитка. “Поэтому он мне и нравится. Ближе к утру, когда находишься в компании друзей и хочешь расслабиться как следует, просто «Негрони, пожалуйста»”. Фронтмэн австралийской псайко-рок-группы Tame Impala уселся на мягком диване во дворе бэкстейджа фестиваля «Governors Ball» на Рэндаллс Айлэнде в Нью-Йорке, попивая разбавленный «Moscow Mule» — имбирное пиво здесь, к его сожалению, не разливают. Вокруг шеи обвивается синий шарф, пока с ноги съезжает один из пары голубых шлёпанцев. В его образе нет и следа эгоиста, которому на все плевать, — Паркер и близко не походит на рок-звезду.
30 минутами ранее, Паркер наряду с басистом Кэмом Эйвери, гитаристами Джеем Уотсоном и Домиником Симпером, и барабанщиком Жульеном Барбагалло, выступали перед сотней тысяч потеющих нью-йоркцев на главной сцене одного из самых молодых и престижных музыкальных фестивалей Америки. “В наше время, уже не отыщешь тонну молодых рок-исполнителей, которые бы так уверенно шли к статусу хедлайнера”, — утверждает Джордан Воловитц, один из основателей «Governors Ball». Tame Impala, если верить его словам, “более, чем готовы совершить такой прыжок”. Они вышли на сцену перед коллективом лидера Oasis Ноэла Галлахера High Flying Birds, вслед за которыми закрывали день The Black Keys. Возможно, к следующему году они уже смогут играть после захода солнца.
Шустро и на босую ногу, Паркер комфортно чувствует себя, плавно рассекая между двумя микрофонами, двумя гитарами, множеством педалей и банкой пива, бережно отставленной за гитарную стойку. Их перфоманс преподнёс зрителям расплывчатые и мечтательные песни с их дебютного лонгплея «Innerspeaker», равно как и со второго альбома «Lonerism», включая хитовый сингл «Elephant». Но собравшимся удалось вживую послушать и треки с грядущей третьей пластинки ребят «Currents», которые добавили их выступлению поп-привлекательности. Два сингла с долгожданного проекта, «Eventually» и «Let It Happen», эхом пронеслись над пропитанными грязью полями Рэндаллс Айлэнда с ворохом вкрадчивого психоделического цвета. А пропитанная R&B-звучанием лукавая «Cause I’m A Man» привнесла достаточно сексуальной привлекательности, что смешалась с вечерним гулом толпы и заставила людей затанцевать.
«Governors Ball» стал последней остановкой в рамках крайнего тура Tame Impala, состоявшего из 27 концертов: стартовали ребята в Калифорнии, прокатились через Джорджию и Луизиану, вскоре посетили Канаду и регион Скалистых гор на севере Америки, после чего вновь спустились к восточному побережью Штатов. Учитывая два положительно отмеченных критиками альбома группы, их следующий проект, выход которого намечен на 17 июля, ожидается с трепетом. Да с таким, что Паркер представил очередной сингл с лонгплея, «Disciples», на протяжении AMA-сессии с пользователями «Reddit». Во время оной, кстати, солист заявил о миллионе долларов задолженных ребятам отчислений с первых двух альбомов, которые стали причиной судебных разбирательств между музыкальным холдингом «BMG», основателем «Modular Recordings» Стивом Павловичем и звукозаписывающим гигантом «Universal Music Group». Но на парнях тяжбы не сказались. В то время, как многие коллективы начинают свои гастроли после выхода альбома, ранний старт тура сыграл Tame Impala на руку. Опуская в сторону участие Паркера, упомянутый фактор позволил остальным участникам группы как следует разобраться в звучании будущего релиза.
Постепенно, именно Кевин Паркер ассоциируется с Tame Impala в целом. Длинноволосый австралиец выглядит скорее как давний товарищ из колледжа, нежели походит на одного из наиболее многообещающих артистов современности. И хотя Уотсон отметился в качестве автора двух песен на «Lonerism», «Currents» целиком и полностью стал воплощением исключительного видения Паркера. Сидя с ним лицом к лицу, уловимый в Кевине недостаток собственной значимости лишь подпитывает впечатляющую действительность, а сводится она к тому, что певец написал, записал, спродюсировал, а с недавних пор ещё и свёл да отмастерил каждую песню собственноручно. Новый альбом предстаёт значительно более экспериментальным продуктом, чем весь доселе выпускаемый его группой материал. Мерцающие временами поп-элементы наряду с причудливыми и смелыми «синтами» предвещают медленный переход к фанку 70-х годов прошлого века и отсылкам к хип-хоп-битам. Тексты песен характеризуют отношения с женщинами и личное развитие короткими игривыми одностроками, пока псайко-рок-структура исполнения даёт возможность словам солиста мягко плыть по течению. И когда весь этот механизм начинает работать правильно, время наедине с музыкой Паркера оставляет ваше восприятие реальности искажённым, немного мглистым и размытым, но в любом случае доставляет приятные ощущения. Описаное состояние можно сравнить с выпитым стаканом «Негрони»; а может и двумя, если вы знаете в этом толк.
Общаясь с Кевином обо всём — от восхваления Канье Уэста до признания собственных животных инстинктов и ощущений от заработанного, но так и не полученного миллиона — невольно проникаешься его спокойствием. Может, он черпает его из окончания работы над одним из главных альбомов года; может, того вдохновляет выступление на крупном нью-йоркском фестивале; а может, и любовь: “передаю привет моей девушке Соф, она — фанатка «Complex»”. В любом случае, этот парень излучает энергию, ослабляющую хватку к обыденным проблемам современного мужчины и призывающую просто позволить случиться тому, что должно случиться.

 

5

 

Как оно?

Неплохо, мы только что отыграли последний концерт в туре.

Выступление было потрясающим.

Правда?

Толпа так посчитала. А ты не ощущаешь этого?

Для нас оценить собственный перфоманс со стороны зрителя видится невозможным. Мы уже отыграли… уже и не вспомню сколько концертов; гастролировали пять месяцев и дали от 20 до 30 выступлений. Нам было весело, но со временем это начинает походить на полёт на самолёте. Жмёшь на педаль, поёшь для публики, играешь, подбираешь аккорды. Всё превращается в кату (технику каратэ-последовательности, — прим. ред.), словно в череду движений ниндзя. Временами ты бываешь пьян и шлёшь всё к чёрту, после чего отстаёшь на два шага позади себя же. А порой в тебе оказывается идеальное количество алкоголя, и каждое действие выходит непринуждённым — бэнг, бум, пение; говоришь что-то толпе, а те в ответ начинают востореженно шуметь. Мы стали отточенной, хорошо смазанной машиной.

Мне кажется, ты перешёл в ниндзя-режим после барабанного соло на песне «Elephant».

Здорово. Ниндзя-рок.

В прошлом ты критически оценивал собственные выступления.

Да и сейчас оцениваю так же. Это важно, ведь иначе тебе не стать лучше. Ты должен критиковать собственные поступки и действия. Повторюсь, это важно.

Записи выступлений группы не смотришь?

Нет, стараюсь не смотреть. Временами бывает. Мне всегда стыдно и неуютно во время просмотра. Даже если люди вокруг говорят, что всё выглядело круто и ты отлично справился с поставленной задачей, это по-прежнему неуютно. Это как переслушать собственный голос через автоответчик сотню раз, а ведь слышишь ты его за пределами нормальной звуковой системы. Но это не похоже на телефон; всё предельно чисто и ты видишь себя двигающегося по сцене. Мне кажется, Prince раньше так делал, а может, делает и по сей день. Когда он заходит за кулисы, в гримёрке требует готовое видео со звуком собственного выступления и смотрит его от начала до конца.

Как футболист.

Да, точно. Я бы так не сумел.

 

4

 

Давай перенесёмся назад. Откуда изначального берётся песня до того, как в дело вступают нинздя-движения и ты садишься писать?

Мелодия и одна из ключевых фраз — они всегда приходят в голову первыми. Причём прийти они могут в любое время — каждый раз эмоциальная вспышка перекручивается мной в мелодию. У каждой мелодии есть своё настроение, своя личность. Если направишь её в нужное русло, она перерастёт в слова — слова, позволяющие описать свои чувства относительно конкретной мелодии. Сознательно я не контролирую весь описанный процесс.

Как только я чувствую, что за конкретный момент можно зацепиться, при наличии должного времени для обдумывания я оборачиваю всё это дело в композицию. Начинаю думать о барабанах — что делает барабанщик, что делает басист. И если к прибытию на студию я не забываю всё перечисленное, получается песня. Если же я сяду в машину или такси, в котором включено радио, всё пропало. Пропало навечно.

Извне, осознавая, что ты занимаешься всем сам — от написания и записи до продюсирования и микса новой песни — я бы посчитал, что элементы контроля очень насыщены. Интересно слышать, что ты на самом деле не ощущаешь себя у руля всего процесса.

Совсем не ощущаю.

Возможно, ощущение витает где-то поблизости?

Я руковожу всем лишь тогда, когда меньше всего хочется руководить — в самом конце, в момент принятия серьёзных решений. Вроде определения ключевого отрезка песни. Или когда нужно разобраться, чего хочет трек. Всё сводится к тому, что я решаю какой окажется песня, когда человек со стороны услышит её впервые. А это очень уклончивое дело. Грёбаное истязание.

Звучит страшновато.

Ага, потому как после релиза композиция превращается в 4-минутный музыкальный отрывок, который невозможно исправить. Она просто оказывается залитой в бетон. Вот в такие моменты я чувствую себя рулевым, чего мне зачастую не хочется. Я бы хотел, чтобы кто-то мог принимать такие решения за меня. Начинаешь бороться со всеми демонами внутри себя; с критикой после того, как исход известен. Заполучить в уме хорошую идею это одно, а пройти с ней весь путь и довести её до ума — совсем другое.

 

3

 

На протяжении AMA-сессии на «Reddit» ты заявил, что восхищаешься Канье Уэстом. Что подкупает тебя в нём?

Когда ты находишься на стадии создания чего-то, что кажется лучшей когда-либо созданной тобой вещью, всплывает уверенность, мол “Да, я сделал что-то очень крутое”. Но ты обязан предусмотреть весь объём работы над этим “чем-то”, оттого альбомы и пишутся годами. Как только ты подходишь к концу, начинаешь задумываться о том, что, возможно, продукт оказался далеко не настолько хорошим, насколько ты это предвидел. Начинаются убеждения себя в том, что ты находился в бреду, был пьян или под кайфом.

В такие времена тебе просто хотелось бы стать разумным человеком, что мог бы поверить в себя. Тогда-то и хочешь видеть перед собой людей, которым не занимать уверенности; которые легко выпускают то, чего их вздумается. Они наверняка берут во внимание тот фактор, что конечный результат может оказаться плохим или не настолько хорошим, как полагалось изначально, но сказывается умение видеть всё с другой стороны, мол “Я создал это, и если люди не оценили, плевать на них, потому что я делаю что-то не ради осуждающих меня типов”. В этом разница. Когда начинаешь задумываться о возможных упрёках, это косит твои перспективы подобно болезни. Поражает всё, что ты делаешь. Если же ты стал одним из тех, кто глубоко внутри осознал, что занимается делом ради себя, а не ради критиков, это вдохновляет.

Как часто наступают времена, когда можешь с уверенностью послать к чёрту критиков?
Да каждый день, но это постоянная битва. Будь это работа над альбомом или пост сраного фото в «Инстаграм». В голове заложен механизм, ведущий борьбу между нерешительностью и любовью делиться чем-то. Остаётся надеяться, что в тебе есть искра, необходимая для преодоления всех сомнений. И так во всём. Каждый день мне приходится сталкиваться с подобными колебаниями, но всё выходит на совершенно иной уровень, когда речь заходит об альбоме. На уровень регулярной ёб*и со своим сознанием. На уровень «уныния-против-надменности».

Возможно, это и значит быть рок-звездой: подлинная динамика регулярных взлётов и падений?

Совершенно верно. Я начинаю это сознавать.

Усиливается ли напряжение, если ты становишься крупной рыбой?

Да. Никогда ещё я не был уверен в себе так, как сейчас. С другой стороны, я никогда не был столь самокритичным. Маятник может выбрать любую сторону.

 

2

 

Каково было работать с Марком Ронсоном над «Uptown Special»? Альбом достиг первой строчки в британских чартах.

Здорово! «Uptown Funk» справляется чертовски хорошо. Я не мог в это поверить. Точнее, мог, ведь это отличная песня. Просто никогда ранее что-либо, во что я был вовлечён — не то, чтобы являлся частью песни, но питал к ней материнскую любовь — не становилось таким успехом. Для меня всегда существовала музыка Tame Impala, она достаточно хороша и люди её оценили по достоинству. Но когда они оценивают песню настолько, что готовы ковёр под неё пылесосить ежедневно, я понимаю, что никогда не был частью чего-нибудь настолько же масштабного. Я очень им горжусь. Невероятно за него рад и очень горд.

Вы с Марком ведь хорошие друзья?

Ага. Правда, у нас особо нет времени, чтобы вместе отдохнуть и повеселиться, но он отличный парень. Потому-то я и рад его масштабным успехам. Постоянно присутствует эта уверенность где-то внутри, что за людьми, добившимися чего-то крупного, всегда стоит какой-то особый “бизнес”. Для песни-номер-один всегда пишут музыку несколько продюсеров, несколько авторов. По формуле “Мы должны быть уверены, что пишем именно крупный хит”. В случае с Ронсоном, тот просто собирает хороших друзей в одном месте и делает классный трек. И делает это в удивительно искренней манере. Могу представить догадки людей о вкладе Марка в композицию, вроде “Это ведь Бруно Марс поёт, почему автором числится Ронсон?”. Не то, что мне доводилось с подобными отзывами сталкиваться, но полагаю, что так многие и утверждают — Марк ведь диджей. Но на «Uptown Special» все песни он написал самостоятельно. Более того, его умение воссоединять людей ради создания музыки поражает. Если бы всех этих людей с большими именами собрал кто-то другой, уверен, результат бы не оказался настолько впечатляющим. Сыграл бы «слишком-много-ведущих-лидеров»-фактор. Но у Ронсона есть скилл, позволяющий найти для каждого такого артиста своё место на песне, и это работает. Веди шоу кто-нибудь другой, случилась бы катастрофа.

Выходит, он — музыкальный дипломат.

Именно.

 

1

 

Бизнес-сторона музыкального мира, которую ты упомянул, в нынешнее время сходит с ума.

А всё потому что никто не знает чем они занимаются.

Тебе так и не выплатили полагающиеся за «Lonerism» отчисления. Что думаешь по этому поводу?

Если получу миллион долларов, будет круто. Если нет, мне плевать. Всё это произошло давным-давно. Я уже успел смириться с тем, что не видать мне никаких денег. Купил не так давно дом и счастлив. Новый альбом на подходе. У меня нет повода плакаться по упущенным деньгам. Ладно, зайдём с другой стороны: я не миллионер. Но у меня достаточно денег, чтобы позволить себе дом. Если мне выплатят средства, я стану миллионером, но пока я остаюсь в прежнем положении. Не стоит думать, что у меня много денег и меня они не волнуют. Просто я считаю, что в конечном счёте они не решат многое.

Деньги не твой главный мотиватор?
Как только я начал вникать во все разбирательства с отчислениями, я стал другим человеком. Меня стал волновать этот вопрос параллельно с работой над песнями, а те, в свою очередь, начали из-за этого страдать. Когда думаешь о деньгах во время музыкальной занятости, они отравляют твою деятельность. Мне довелось отключиться от всей потасовки. Я думал о том, что эти деньги значат то, мы получаем деньги отсюда и оттуда, эта реклама стоит столько, а радио-ротация столько, и это вы*бало мне все мозги. Начинаешь думать о песне как о финансовой операции. Это всё меняет. И это начало меня раздражать.

Часть подобного мышления встречается в лирике некоторых песен, а также в названиях двух дорожек с грядущего альбома — «Let It Happen» и «The Less I Know The Better». Это для тебя стало новым образом жизни?

Да. Я был сумасшедшим фриком, контролирующим каждую деталь своей личности. Я здесь утверждаю, что не руковожу строго студийным процессом, зато руководил всей своей моральной частью. Вещи, которые, по моему мнению, должны были восхваляться или быть возненавиденными, я переусерсдствовал. Недавно я научился признавать всё, к чему меня подталкивает собственный мозг. Я сделаю всё, чего пожелает сердце, а ведь раньше я просто не умел так поступать. Я указывал сердцу что ему нужно.

Звучит очень неплохо.

Это освобождает. У всех имеются какие-то собственные правила, все считают что-то плохим. Раньше я ненавидел «айфоны». Прежде, чем он у меня появился, я думал: “Что вы все делаете, сидя уткнувшись в свои сотовые? Выходи в реальный мир, чувак”. Я категорически не признавал «айфоны». Когда у очередного друга он появлялся, я утверждал: “Ну всё, мы его потеряли”. Это было несколько лет назад, и это лишь небольшой пример. В конце концов, я решил расставить всё по своим местам. Теперь я максимально открыт. Это менталитет нового альбома — не пытайся контролировать того, кем являешься. Ты не можешь быть уверенным, кем ты станешь или в кого начнёшь превращаться. Это отведено высшим силам над тобой. «Currents» (в переводе с английского, “течения” — прим. ред.), сечёшь?

 

Оригинальная статья по ссылке.

 

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и отправьте нажатием Shift + Enter или нажатием сюда.

Синдром Канье Уэста.

Комментирование отключено.